Погода
на 18 ноября
-2°C
Курс валют
на 17 ноября
$ 59.42
70.08
Ваш город:
Андрей Новашов

Путин: несмешной и «Необыкновенный»

Случайно прочитал в интнернете анекдот про Путина. Анекдот показался смешным. Самое удивительное, никаких других удачных анекдотов про президента не помню. Это обстоятельство и подтолкнуло к написанию текста, который, на мой взгляд, имеет отношению к празднику, отмечаемому сегодня, 12 июня.

Разумеется, упомянутый анекдот процитирую. Но сначала попробую ответить на вопрос: почему шуток про Путина почти нет? Вообще-то с появлением интернета традиционный анекдот потерял актуальность. Смешные истории сегодня не рассказывают — делятся ими в соцсетях. Зато компьютерные технологии породили совершенно новые юмористические жанры. Однако и персонажем интернет-приколов Путин становится не часто. Над тем же Медведевым, который лишь изредка фигурирует в сводках новостей, смеются охотнее.

Тема крымских высказываний премьера поднадоела. Но этот опус по мотивам Тургенева, по-моему, вне конкуренции.

Я, конечно, не совсем прав, когда говорю, что над Путиным не шутят. Интернет-хохм про него – и вербальных, и визуальных – хватает. Но все они какие-то не настоящие, не запоминающиеся. Образ или фамилию в этих шутках можно заменить. Нынешняя эпоха похожа на брежневскую, и анекдоты 70-х легко перелицовываются, но в таких «ремиксах» нет абсолютного попадания в современность. К тому же осовремениваются не все анекдоты про застой, а лишь те, в которых Брежнев – эдакий Иванушка-дурачок, непременно одерживающий верх над правильным и прагматичным Никсоном. Заменяются только имена руководителей держав: вместо генсека президент Путин, вместо Никсона – Обама. Верноподданнический юмор. А настоящие анекдоты про руководителя страны – это всё-таки сатира.

К жанру анекдота близки репризы кавеэнщиков. Любопытно проследить эволюцию. Путин только что занял высокий пост. Выступление команды «Дети лейтенанта Шмидта». Предлагаемые обстоятельства – телевизионная викторина. Участник команды, изображающий ведущего, задаёт вопрос:

— Чемпион мира по дзюдо?

— Путин! – неожиданно отвечает «игрок».

— Неправильно, — механически поправляет «ведущий». Но потом как будто спохватившись подобострастно улыбается, — То есть… правильно! Путин!

В стране начал зарождаться очередной культ личности. И вроде бы простенькая шутка наступление новой реальности зафиксировала.

Заканчивается второй срок Путина. Его приглашают на какую-то юбилейную игру КВН. Артистка команды «Мегаполис» исполняет популярную рэп-песенку на немецком.

— Никто же ничего не понял. – упрекает участник команды.

— Кому надо, тот понял! – намекает юмористка.

Сидящий в зале Путин расплывается в улыбке. Вот так. В первом случае – шутка про сервильность. Во втором – сервильная шутка. И других острот в сегодняшнем КВН не осталось. Да и вообще российские телевизионщики успели забыть, что такое политическая сатира. Самое интересное, это сказывается на качестве даже того телевизионного юмора, который к политике отношения не имеет. И популярнейший некогда КВН потускнел, стал неинтересен, именно из-за цензуры и самоцензуры. В 90-е острили над чем угодно и как угодно. А сейчас существуют не только «священные коровы», которых ни в коем разе нельзя трогать, но и, кажется, список тем, на которые официальные юмористы шутить обязаны. Иначе чем объяснить обилие плоских шуток про Обаму или Ангелу Меркель?

Думаю, и в народе шутки и анекдоты про Путина не рождается по той же причине. В таком полупридушенном, «купированном» состоянии особо не поостришь. Но дело не только в этом. Чтобы живо, искренне над кем-то шутить, надо этому человеку хоть немного сочувствовать. Те блогеры и публицисты, которые не испытывают к Медведеву симпатий, пишут, что премьера подставили, отправив отдуваться за всех кремлёвских сидельцев. И любые его ответы на вопросы крымчан выглядели бы нелепостью. При всех его недостатках, Медведев – живой человек. А Путин давно превратился в какого-то бронзового истукана. Выходец из КГБ, он как будто всегда застёгнут на все пуговицы. Кажется, он сам это понимает и пытается как-то подправить имидж. То сфотографируется голый по пояс и со спиннингом (хотя в тёмных очках всё равно похож на агента, который только притворяется, что рыбачит, а сам какое-то секретное задание выполняет).

То за амфорами нырнёт, то со стерхами полетит, а то и вовсе – мальчика в пузико поцелует. Нет, ничего не помогает. Всё равно «какой-то он странный».

На память приходит чеховский «Человек в футляре», и ещё один рассказ упомянутого писателя – «Необыкновенный». Там главный герой по фамилии Кирьянов – правильныйотец семейства, который говорит правильные речи с «деревянным выражением лица». Он «честен, справедлив, рассудителен, разумно экономен, но всё это в таких необыкновенных размерах, что простым смертным делается душно. Родня разошлась с ним, прислуга не живет больше месяца, знакомых нет, жена и дети вечно напряжены от страха за каждый свой шаг. Он не дерется, не кричит, добродетелей у него гораздо больше, чем недостатков, но когда он уходит из дому, все чувствуют себя здоровее и легче». Совпадение с Путиным конечно не полное. Но президента трудно представить в кругу семьи. Не слежу за светской хроникой, но весьма показательно, что никто толком не знает: женился он на Кабаевой или не женился; признал дочь или не признал? Да и вообще с трудом верится, что такой человек может любить и испытывать другие «негосударственные» чувства.

И, действительно, — Путина боятся. От его взгляда (даже с экрана) и впрямь становится душно, несвободно. Несмешно всё это – вот над ним и не шутят. Кроме того, Путин-политик ассоциируется с чем-то болезненным, травматичным. Войны и катастрофы и при других руководителях бывали. Но нынешний президент ради какой-то маниакальной идеи, кажется, готов всё население России костьми на поле брани положить или уморить голодом. Ему по-прежнему многие верят. Но вот он говорит, что никакого экономического кризиса нет. А верноподданные зарплату получат, в магазин придут… И у них какой-то комплекс неполноценности развивается: кризиса нет, а пояса всё туже и туже приходится затягивать. Скоро у Кремля соберутся: «Научи, царь-батюшка, как жить. Мы с голодухи, страшно сказать, перестали понимать, как гордится Россией, которая встала с колен. Видно, что-то мы, холопы твои неразумные, не так делаем». Уж они, эти верноподданные, из последних сил верят в ТВ-пропаганду, как в волшебное снадобье. А не помогает! Как в анекдоте про пришедшего к водопою лося, в которого охотник всаживает пулю за пулей: «Что-то я пью, пью. А мне всё хуже, и хуже». По-научному это называется «когнитивный диссонанс».

Путин по старой кагэбешной привычке живёт с ощущением, что кругом враги. Не только за пределами России, но и внутри. Чувствует себя исполнителем какой-то роли, заложником, как в шпионских фильмах говорят, «легенды». И очень боится разоблачения. Сам боится, и другим свои страхи навязывает. Россияне снова, как в 60-е – 70-е, стали бояться, что начнётся Третья Мировая (сам слышал такие разговоры от людей не старых и вполне вменяемых). Что наступит настоящий голод. И панически, до обморока боятся любого начальства: оно, это самое начальство, может лишить даже этой – опостылевшей и низкооплачиваемой — работы. А где же найдёшь другую в России, которая встала с колен? И все эти страхи ассоциируются в первую очередь с «гарантом конституции», «национальным лидером». Как там ещё подхалимы его называют? Какие уж тут шутки?! Путина боятся – и только. А шутят над теми, кого хоть немного любят.

И обещанный анекдот:

Встреча Путин-Меркель в Кремле. Поспорили они, у кого солдаты смелее.
Путин вызывает солдата из кремлевского полка, командует:
— Подойти к окну!
— Открыть окно!
— Встать на подоконник!
— Прыгай!
Посмотрел солдат вниз, а там до земли двадцать метров. Отдал честь, прыгнул и разбился, понятно, насмерть.
Меркель подзывает своего охранника, командует:
— Подойти к окну!
— Встать на подоконник!
— Прыгай!
Этот посмотрел вниз, посмотрел на Меркель, говорит:
— Нет, фрау Меркель, не буду.
— Вот видишь, — говорит Путину Меркель, — мои смелее.

У праздника, который в России отмечают 12 июня, несколько названий. В том числе, — «День независимости». Независимость, свобода – понятия, со страхом не совместимые. Вот когда россияне начнут шутить над Путиным, тогда и закончится это тяжёлое, серое, несмешное время. Дожить бы.

Оценить запись:
Рейтинг записи - 4.50 /5 (8 оценок)
Поделиться:
Комментарии
  • Андрей Новашов
    // Андрей Новашов
    Сделаю сейчас странную штуку: отвечу здесь, в комментариях, на вопрос, который мне написали в личку. Вопрос такой: «Как вы относитесь к шуткам про Путина в Comedy club?». Я мало смотрел эту передачу. Помню, один из её основателей — Гарик Мартиросян – публично заявлял, что никогда не будет шутить про Путина, потому что Путин… В общем, Путин всех спас. С восхищением и подобострастием говорил Мартиросян про ВВП. Типичная для деятелей культуры позиция. Я так понял, что и вообще в «Клабе» про Путина острить запрещено. А потом в этой передаче какой-то юморист всё-таки делал на Путина пародию. «Спокойной ночи, взрослые» — что-то в этом роде. Но это было и не остроумно, и подобострастно. И, в общем-то, иронизировал пародист не над ВВП, а над теми, кого Путин в своих речах критикует. Довольно жалкое зрелище.
    «Быкующий» бизнесмен Брынцалов, когда собирался идти на выборы, объяснял журналистам, что делает это исключительно для Путина. Дескать, он очень Путина уважает, но на выборах серьёзных конкурентов у ВВП не видит. Вот он, Брынцалов, и решил помочь, заявив свою кандидатуру. И с шутками про Путина в Comedy club примерно та же история. Чувствуют официальные юмористы, что в свободной и нормально развивающейся стране над президентом должны шутить. Что если не шутят, значит, не любят, а только боятся. Вот и решили пробел этот восполнить. Но довольно кисло у них получилось. Внутренняя свобода нужна для того, чтобы живо и остроумно шутить. А у комедиклабовцев этой свободы нет. Как нет её и у всей страны.
    ***
    И вот ещё что хочу сказать. Честно говоря, удручает почти полное отсутствие комментариев в разделе «Блоги» «Нового Кузбасса». Когда нет обратной связи, ощущение такое, что говоришь в пустоту. Пожалуйста, высказывайтесь, если есть что возразить, дополнить и так далее. Кроме троллинга и откровенной глупости всё допустимо.
  • Фома Неверов
    // Фома Неверов
    Андрей, я видел выступления Комеди в Юрмале, где они позволяли себе отрываться в том числе и на Путине. При этом зал ревел от восторга и «храбрости» артистов. И это, конечно, только подтверждает ваши выводы.
    На самом деле, кажется, всё проще и хуже. Путин стал сакральной фигурой. Его либо боятся, либо ненавидят. Искренне, прожорливо. И шутят злобно («не раскачивайте лодку, нашу крысу тошнит»). Тут уже непонятно, шутка или желание разорвать на части. Тут сравнения со Сталиным более чем уместны — анекдотов про Сталина не было.
    И ещё вспомнилась очередная «прямая линия» или встреча с журналистами, где Путин, как ему показалось, пошутил, и начал хохотать почти навзрыд. А зал шутку не понял и сидел в оцепенении. Понимаете, у них бог хохочет, а им не смешно. Это, простите, п***ц.
  • Алексей Протасов
    // Алексей Протасов
    Вспомнился ещё анекдот, видимо, 2000-го года: " — Что у вас нового? — Да вот новый президент, он у нас сам говорит и сам ходит". Даже если и не смешно, то по крайней мере всё верно. Здоровый и энергичный руководитель государства — это хорошо. То, что формируется вокруг Путина, думаю, скорее харизма, чем культ личности. За культом личности обращайтесь в Кузбасс, там объяснят и покажут как правильно. Путин, как ни крути, яркая личность и умный человек. Но тогда действительно открытым остаётся вопрос про когнитивный диссонанс, то есть где же оно наше долгожданное процветание или хотя бы относительное благополучие? Два срока правления, рокировка, ещё половина срока и так далее, а у меня и многих моих знакомых дела по-прежнему никак, несмотря на наличие образования, работы, дисциплины, законопослушности. Как оказалось, образование, здравоохранение, спорт превратились в роскошь и многим по-прежнему просто недоступны. С трудом найденная работа оказывается низкооплачиваемой, вследствие чего жизнь превращается в существование. И потому наш правитель начинает у меня ассоциироваться скорее с пушкинским медным всадником, грозящим не только шведу, но и почему-то всем нам. А так как речь идёт о нашей трагедии, то смеяться совсем уж не тянет.
Комментировать: