Погода
на 19 ноября
-1°C
Курс валют
на 18 ноября
$ 58.96
69.52
Ваш город:
Андрей Новашов

Капитуляция интеллекта

Четверть века назад, в августе 91-го, состоялась неудачная попытка государственного переворота. Путчисты проиграли, зато их идеи в конечном итоге победили. Как минимум последние десять лет страна с остревинением движется вспять. О политике и экономике рассуждать не буду. Меня больше интересует коллаборационизм творческой интеллигенции. Речь пойдёт о двух её представителях – артисте Геннадии Хазанове и ведущем «Что? Где? Когда?» Борисе Крюке.

Решающие дни — 19 – 21 августа. Но и 24 августа, ровно двадцать пять лет назад, произошло несколько важных событий. Похороны погибших защитников Белого дома – Комаря, Усова и Кричевского.

И траурный митинг. В 91-м их считали национальными героями. Сегодня имена погибших помнят немногие. И неудивительно: защитники демократии в августе 91-го по своим убеждениям близки к «белоленточникам», «пятой колонне». Как там ещё обзывает сегодня таких людей путинское большинство?

Если интернет не путает, именно 24 августа 91-го депутат Сергей Станкевич, выступая по телевидению, впервые предостерегает демократов от эйфории и говорит о возможности реванша. Пророческим оказалось выступление.

Августовские события иногда называют бархатной революцией. Я бы назвал их революцией интеллигентской. Если бы году в 87-м противники перестройки и демократизации затеяли «дворцовый переворот», тысячи людей на улицы не вышли (как не случилось этого в 64-м, когда смещали Хрущёва). Но всего за несколько лет образовалась новая и весьма многочисленная генерация людей, которым не всё равно. Разумеется, огромное влияние на сознание общества оказало рабочее движение конца 80-х. Однако, на мой взгляд, решающую роль в совершившемся коренном переломе сыграла свободомыслящая интеллигенция — люди самых разных взглядов: от либерала Сахарова до почти монархиста Солженицына; от умеренного и респектабельного журналиста Владислава Листьева до скандального и неуправляемого репортёра Александра Невзорова.

Далеко не всё общество поддерживало реформы, многие ещё в конце 80-х считали слово «демократ» ругательным. Но эта эпоха – конец 80-х – начало 90-х – один из редчайших в истории страны периодов, когда россиянине чувствовали себя не «народонаселением», но гражданами, от волеизъявления которых зависит будущее.

В годы перестройки властителями дум стали не только серьёзные писатели и журналисты, но и другие представители творческой интеллигенции. Со времён Фонвизина сатира в России на особом положении. Можно уничтожить политических оппонентов, но невозможно запретить шутить над глупостью правителей. Схватить нескольких остряков – это ещё задача выполнимая. Но нельзя запретить целой стране шутить, как нельзя запретить думать. У сатириков на языке всегда то, что у общества на уме. Тоталитарное государство держится на страхе. А если люди смеются, — значит, не боятся (речь, конечно, об интеллектуальном юморе, а не о «тупом ржаче»). Смех (не путать с рабским подхихикиванием) делает человека свободным. Артистов разговорного жанра, которые шутили на темы действительно актуальные, в Советском Союзе можно по пальцам пересчитать. В 50-е – 70-е годы таким был Аркадий Райкин, которого Геннадий Хазанов считает своим учителем. И в 80-е именно Хазанов перенимает у Райкина эстафету. Первый успех молодому артисту принесли монологи, которые он читал от имени студента кулинарного техникума.

Безобидные вроде бы истории. Но уже в них есть подтекст: прогнило что-то в Датском королевстве. Наивный «кулинар» с удивлением обнаружил, что еда в столовых несъедобна. А для того, чтобы решить пустяковую проблему – вывести из квартиры тараканов – надо дать взятку начальнику ЖЭКа. И шёпотом спрашивал у зала: дескать, а разве вы ни о чём таком не слышали? И зрители ошарашено молчали. Потому что речь шла не об «отдельных недостатках», а о вопросах гораздо более серьёзных – повсеместном распространении лжи, двойной морали и коррупции (хотя последнее слово тогда было не в ходу). Артист рассказывал о том, что скрывалось за парадным фасадом «развитого социализма».

С началом перестройки повзрослевший Хазанов примеряет маски других персонажей – беспринципных, наглых, лицемерных. Как никто другой остро и язвительно высмеивает партаппаратчиков. «До новых встреч с вами. С людьми», — такой фразой закончил «встречу с народом» его персонаж-бюрократ, давая понять, что простых смертных считает представителями даже не другой касты, а какого-то иного биологического вида.

Рассказ Михаила Мишина «Одобрям!», который читал со сцены Хазанов, стал, пожалуй, одним из манифестов перестройки. Антиконформистский монолог. Когда сегодня пересматриваешь запись и наблюдаешь за реакцией зала, кажется, что видишь именно тот момент, когда «человечество смеясь расстаётся со своим прошлым». Как тогда казалось, навсегда.

Именно благодаря Хазанову вся страна узнала имя Виктора Шендеровича. «В деревне Гадюкино дожди…», — читал Хазанов-диктор сочинённый Шендеровичем «прогноз погоды». Прогноз оказался точным: уже много лет бесконечная хмарь и никаких просветов. Стабильность!

В августе 91-го Хазанов был с защитниками Белого дома. Даже выступал перед ними.

Помню шутку, сказанную им после поражения ГКЧП: «Демократию в России никому не задушить грязными трясущимися руками». (Намёк на то, что члены ГКЧП на пресс-конференции в буквальном смысле слова тряслись).

…Когда и на чём Хазанов сломался я, честно говоря, так и не понял. Помню его высказывание о том, что правителя, дающего деньги на развитие культуры, он готов поцеловать «в плечико и во все другие места». Кажется, было это ещё при Ельцине. Такие лакейские слова удивили. А потом было ещё много раболепных и даже жлобских заявлений. Хазанов отмежевался и от оппозиционеров, и от демократов и даже от интеллигенции в целом, сказав, что интеллигентами называют себя только неудачники. Он-то не такой! Руководящая должность ( возглавляет Театр Эстрады). Куча званий, целый иконостас наград. В 96-м – доверенное лицо Ельцина. В 2012-м – доверенное лицо Путина. Вот умеет артист работать лицом! Подписал обращение деятелей культуры в поддержку действий президента РФ по отношению к Украине и Крыму.

Кажется, сейчас Хазанов уже не выступает. Но его последние эстрадные монологи, которые видел по телевизору (когда его ещё смотрел) показались мне совсем не смешными. Всё-таки способность шутить – привилегия свободных людей. И с каждым годом хазановские остроты становились всё менее интеллектуальными.

Апофеоз лояльности. Хазанов на собственный(!) юбилей пытается подарить Путину копию императорской короны. Если это шутка, то деградация шутника очевидна.

Второй персонаж – Борис Крюк – фигура не столь известная.

Но именно он после смерти основателя «Что? Где? Когда?» Владимира Ворошилова стал ведущим уникальной телепрограммы. Пожалуй, именно эти две телепередачи – названная и КВН (к слову, Хазанов в своё время был участником кавээновской команды) – существовали наперекор совковой реальности. У серьёзного клуба ЧГК (аббревиатура придуманного Ворошиловым проекта) и Клуба Весёлых и Находчивых много общего. И там, и там ценятся быстрота и нестандартность мышления, способность к импровизации. Обе эти игры – для свободных людей. В 70-е годы, когда появилось ЧГК, СССР превращался в страну победившего маразма, престарелые руководители которой без бумажки двух слов связать не могли. И, кажется, были не в состоянии самостоятельно решить простейшую арифметическую задачку. И вдруг всей стране показывают молодых энергичных интеллектуалов, которые всего за минуту находят ответы на самые каверзные вопросы. Поневоле задумаешься о неэффективности и безынициативности тогдашнего (да и теперешнего) громоздкого бюрократического аппарата. Минута обсуждения – мозговой штурм. В стране абсолютное единомыслие, а знатоки за столом яростно спорят. И в споре, как ни банально это прозвучит, рождается истина! Это, знаете ли, дорогие товарищи, может расцениваться как пропаганда плюрализма и прочих ценностей загнивающих демократий Запада))

Конечно, ЧГК давно утратило былое значение и популярность. Но многим эта программа дорога как память (простите за ещё одну банальность). И вот сменивший Ворошилова ведущий Борис Крюк объясняет в недавнем интервью «Московскому Комсомольцу», почему клуб решил расстаться с Ильей Новиковым — капитаном популярной команды. Новиков – адвокат Надежды Савченко. И Борис Крюк не скрывает, что причина именно в этом. Говорит, что ЧГК вне политики, и Новиков, взявшийся защищать Савченко, свой выбор сделал (то есть, по логике Крюка, попрощался с клубом). Интервьюер возражает: работа у Новикова такая. Надо было спросить откровеннее: «Если бы на том процессе Новиков был не адвокатом, а прокурором, его бы тоже из клуба турнули?». Но журналист, бравший интервью, то ли не решился на такой вопрос (ответ-то, на самом деле, очевиден), то ли Крюк сбил его с толку, начав говорить о другом игроке, несколько лет назад исключённом из клуба – педофиле Георгии Жаркове… Кажется, в нашей стране адвокатов и правозащитников приравняли к маньякам. И такую сомнительную аналогию проводит не путинский чиновник, а Борис Крюк, десять лет проработавший бок о бок с самим Ворошиловым и ставший ныне лицом клуба.

Мудрой сове – эмблеме ЧКГ, появляющейся в заставке, — пора плюнуть на эту контору и улететь к чёртовой матери. Какую-нибудь другую птицу найдут – поглупее и посговорчивей. Сгодится, например, самодовольный павлин. Или пусть на заставку поместят Хазанова в короне, которую Путин из его рук не принял. Изображал же этот артист в одном из ранних монологов попугая. Только тот попугай всегда правду говорил. Наверное, сегодня не ко двору будет.

Россия скатывается в пропасть ханжества и мракобесия. Интеллектуалы сдают позиции по всем фронтам. Не берусь судить, что здесь причина, а что — следствие. Но одно с другим, безусловно, связано.

август 91-го

Оценить запись:
Рейтинг записи - 5.00 /5 (9 оценок)
Поделиться:
Комментарии
  • Александр Матвеев
    // Александр Матвеев
    "… именно 24 августа 91-го депутат Сергей Станкевич, выступая по телевидению, впервые предостерегает демократов от эйфории и говорит о возможности реванша". Боюсь, что Станкевич был прав, говоря о реванше. Но сегодня принято говорить в основном о реванше времён Путина — о последних полутора десятках лет. Не знаю, согласится ли со мной автор, но я этот реванш, вернее, его начало почувствовал сразу после победы Ельцина (август 91). Казалось бы, побойтесь бога: победили демократические силы… всё, это навсегда…
    Я тогда работал редактором районки: свобода слова, плюрализм мнений, нет запретных тем, нет неприкасаемых… Но, стоп. Тревожный звоночек: в обиход журналистов именно тогда начало входить понятие «самоцензура». Это, когда пишешь — оглядываешься: а понравится ли это новым «демократическим» властям. Впору крикнуть, как это ни банально: за что кровь проливали?! Появились и неприкасаемые лица, и запретные темы, нашлись формы подавления независимых изданий — последние стали массово закрываться. Стало противно работать, ушёл.
    Но будем справедливы: всё равно, то время, хотя и было началом предательства идеи свободы, ни в какое сравнение не идёт с нынешним временем — временем тотальной слежки. Они бы и интернет «мониторили», да не хватает длины рук. Хотя…
    Хотел в двух словах, но взволновало. Вот и вышло многабукафф.
  • Андрей Новашов
    // Андрей Новашов
    «… в обиход журналистов именно тогда начало входить понятие «самоцензура». Это, когда пишешь — оглядываешься: а понравится ли это новым «демократическим» властям». (цитирую Александра Матвеева). Действительно, слово «демократических» тут надо брать в кавычки. И делать упор на «власть». Кажется, и демократия, и плюрализм и свобода слова оказались чуждыми российскому менталитету. Какая-то, млять, заколдованная страна! Пару лет назад, ещё работая в газете, писал о школе, расположенной на окраине Кемерова. Предварительно созванивался с директрисой этой школы. Объяснил, что хочу написать о том, что увижу и пойму, побывав в этой школе; что парадный или официальный текст писать не собираюсь. Директриса, вроде, поняла. Обещала рассказать всё как есть. Но когда пришёл, она подозрительно на меня посмотрела:
    — А Ваш визит с управлением образования согласован?.. Сейчас все тексты пишутся и публикуются только с согласия горадминистрации, — сказала она с какой-то даже гордостью, и прибавила, — и слава богу!
    Слава богу! Уничтожены все «пережитки» демократии! Теперь-то можно спокойно вздохнуть, а то в 90-е как все намучались: никак не могли понять, в какую сторону повернуться, чтобы поклоны бить. Сейчас-то этот «кошмар» закончился. И снова у нас всё хорошо, ясно и понятно. И опять «двух мнений быть не может»… Про сервильных журналистов даже писать не хочется.
  • Андрей Новашов
    // Андрей Новашов
    Четверостишие Игоря Губермана попалось на глаза. В тему!

    Без фарта невесел наш жизненный путь,
    тоскует земля без дождя,
    младенцам нужна материнская грудь,
    политикам – жопа вождя.

    К сожалению, не только политикам.
Комментировать: