Погода
на 26 июля
22°C
Курс валют
на 25 июля
$ 59.99
69.99
Ваш город:
Мнения

Сучок и Задоринка

Жил царь. Государство было у него великое, богатое. Реки молочные, берега кисельные, болота сочные. Народ в царстве жил трудолюбивый — землю возделывал, кисель с молоком добывал, из болот чего надо выкачивал. И не бедствовало царство, и казна была полной, и богатыри в свободное время силушкой мерялись, а бояре бородами.

СКАЗКА*

Однажды старая жена царя упала ненароком с возу в лесу ночью. Кобыле стало легче, волкам сытнее, а царь задумался о молодой невесте.

И пошёл наш Берендей к бабке Бабарихе. Жила Бабариха в том самом лесу, где старые жёны с возов падают.

И говорит царю Бабариха: "дам я тебе двух советчиков — Сучка да Задоринку. Пользуйся ими в самых крайних случаях. А теперь купи свечку и ступай с богом".

Сучок и Задоринка были маленькими человечками, и жили в ящичке. Сучок был злой да заносчивый, а Задоринка — весёлая и шаловливая.

Однако же царю, как мы помним, хотелось невесту. Открыл он ящик, и спрашивает: "Ой вы, слуги мои верные, Сучок да Задоринка, подскажите, как мне найти молодую красивую девицу в жёны".

А Сучок ему отвечает: "Пошёл ты, дед, в жопу". А Задоринка ему вторит: "Закрой ящик, у нас тут соитие".

Ничего не понял царь Берендей, но постановил отныне праздновать своим подданным День Соития. На всякий случай. Подданные тоже ничего не поняли, но праздновали три дня и три ночи, пока всё молоко в реках не прокисло.

Всё-таки хочется царю жениться, никак не успокоится. Через год вновь открывает ящик. А там уже маленькие Сучки да Задоринки по колыбелькам хныкают. Царь поздравил своих вроде как слуг с Днём Соития и снова попросил совету. Теперь уже вежливо, даже подобострастно. Пришлось и ящик увеличить до размеров избы, и одежонки подкинуть семье Сучка и Задоринки.

— Я тебе, царь, вот что скажу, — обратилась к старику Задоринка. — У тебя бояре молодые бородами меряются, богатыри силушку свою пытают. Они все женихи завидные, а ты — хрен старый, и кто на тебя посмотрит?

— Что же мне делать? — поразился Берендей.

— А ты поубивай всех — ответил Сучок и захлопнул крышку ящика.

Подумал царь, а думать и нечего. Существа волшебные, зря не посоветуют. И поубивал всех богатырей да бояр. Богатырей заставил бояр убить, а самих богатырей отравил во время празднества Дня Соития.

Замутился простой народ: лихие люди по лесам всех баб, кобыл и волков перебили. Защитить некому. Казна пустеет — нет в царстве бояр-грамотеев, бюджетных хитродумов.

Нечего делать — открывает Берендей ящик. А там этих сучат да задоринок — как вшей лобковых.

— Бабарихой молю, дайте совет! Народ к бунту готов.

— Не печалься, мурло старое — ласково отвечает Задоринка — ты всех мужиков отправь соседнее царство воевать. Навоюют — казна будет. Проиграют — некому будет бунтовать.

"Экие мудрецы из ларца!" — подумал Берендей и отправил всех здоровых мужиков на войну к соседям. Дворец между тем пришлось отдать Сучку да Задоринке — уж больно много детей у чудесят понародилось.

Кисельные заводы в спешке переделывали под молельни в Сучью честь, в лесах появились задорники. Так вычистили леса, что не только кобыл с волками, но и деревьев стало стремительно убывать.

Фамилии у всех волшебных детей были отчего-то мамины — Задорновы. Все боярские указы, все учёные книги писали Задорновы, только о них в царстве и было слышно.

Прошёл ещё год, прошёл другой. Берендей состарился, про женитьбу забыл, жил себе у Лукоморья на золотой цепи. Казна почти опустела — кроме болотной сочной грязи ничего в царстве и не производилось. Жители кое-как питались остатками киселя с молоком, из них же варили душистую брагу и гуляли ночь напролёт, славя Сучка да Задоринку. Потому что работать теперь нельзя было, а только гулять да веселиться.

На границах шла война, огороды поросли бузиной, а соседи — дядьками. И дядьки соседские все люто злились на Берендея и его добрый весёлый народ.

Пошёл было царь к Сучку и Задоринке, да куда там — не пускают и близко. Живи, говорят, здравствуй, и до свидания. И пнули под зад обратно к Лукоморью.

Однако же помнил Берендей молодость свою, помнил богатства царства, трудолюбие подданных. Только и с подданными пообщаться не удалось — на всех площадях выступали теперь одни только Задорновы.

Заплакал Берендей, и пошёл куда глаза глядят. А глаза глядели куда попало, а попало к бабке Бабарихе, старой колдунье. Та жила себе далеко в лесу, в такой чаще, куда никакие задорники не добрались, ни одного Сучьего дома не построили.

Увидел царь Бабариху, расплакался пуще прежнего, да и рассказал свою историю.

— Ни хрена себе! — сказала колдунья, закусывая мухомором настойку на лягушках — и как тебя эдак угораздило, старый ты перформанс?

— Разве ж я виноват? — рыдал Берендей, — разве ж я виноват, что волшебные твои слуги разорили моё государство, заморили мой народ, перессорились со всеми соседями, а вместо кисельных заводов теперь Сучьи дома, а...

— Чего ты бредишь, инвектива тебе в ребро, какие такие волшебные слуги?

Рассказал старик про Сучка да Задоринку.

— Ах, эти — расхохоталась Бабариха — нашёл тоже волшебников. Думал, за одну свечку купить у меня двух чудесных существ, и потом ещё рыбку съесть?

— Кто же они? — спросил старик, наматывая сопли на кулак, — кто эта нечисть, разорившая моё царство и погубившая мою судьбу?

— Видишь ли, Берендей, есть вещи, от которых надо иногда избавляться. Ты думаешь, что это твои лучшие воспоминания, а это — глупая хохма. Надеешься, что имеешь великое прошлое, а вместо него у тебя ненужная труха. Вот их я тебе и подарила — древних, вековых, исторических.

— Кого же? — взмолился старик.

— Кого-кого… Духовность да прошлое. Единственную неповторимую духовность и великое непобедимое прошлое. Их наши с тобой предки много веков бережно хранили в ящичке, ценили, но жили своей жизнью, и вопросов былому не посылали.

— Так зачем ты мне их подсунула? Зачем велела советоваться?

— А я, Берендей, такая же, как они. Старая, замшелая. Нашёл у кого советов спрашивать — у полоумной старухи из лесу. У тебя мудрецов было тридцать три университета. Зачем ты ко мне припёрся?

— Теперь ни одного университета — кругом задорновы — прошамкал себе под нос старик.

— Это ничего — Бабариха плеснула в плошки настойки и подмигнула Берендею:мы ещё поживём с тобой. А им теперь не до нас. Они себя жрать будут.

Захмелел старик, уснул, и снилось ему, как последний в царстве добрый молодец заколачивает ящик, прячет его далеко в лесу, почтительно кланяется ящику и пишет на крышке:"Не вскрывать!"

— Нет, — кричит во сне Берендей, — не пиши так! Напишешь "не вскрывать" — всё одно вскроют. Оставь надежду.

Пьяная Бабариха зажигает лучину и смеётся безумным, безумным смехом.

* все совпадения случайны. Это сказка.

Оригинал

Другие публикации автора:

Оценить мнение:
Рейтинг мнения - 3.67 /5 (3 оценки)
Поделиться:
Комментарии

Комментариев пока нет.

Комментировать: